Профилактика мздоимства и неотвратимость наказания

15.04.2008

Профилактика мздоимства и неотвратимость наказания

О масштабах и успешности борьбы с коррупцией обычно судят по количеству и «сановитости» пойманных и посаженных коррупционеров. Однако сама по себе эта борьба помимо усиления ответственности и неотвратимости наказания должна, конечно же, подразумевать профилактику. То есть создание таких условий, при которых совершать коррупционные преступления стало бы накладно и экономически, и морально. Одним из факторов, формирующих атмосферу общественной нетерпимости к «болезни грязных рук», можно считать судебную практику. На днях Верховный суд страны обнародовал ее итоги за 2007 год, позволяющие судить о масштабах «антикоррупционного фронта». Как и следовало ожидать, данные статистики свидетельствуют о росте по сравнению с аналогичным периодом прошлого года числа осужденных за коррупцию. Вот только не ясно: воровать стали больше или судить стали лучше? Словом, несмотря на некоторые небесспорные, прямо скажем, утверждения ведомственных аналитиков, официальные сведения позволяют сделать ряд существенных выводов.

Кто самый-самый?

Итак, в минувшем году в суды республики поступило 710 (за аналогичный период 2006 года — 647) дел о коррупционных преступлениях. По этим делам проходило 756 человек, что на 53 подсудимого (или на 7,5 процента) больше. Осуждено 692, оправдано 28 лиц. Основная доля граждан (99 человек, или 14,3 процента от общего числа осужденных) пришлась на работников органов внутренних дел. Таможня и учреждения юстиции в совокупности лишились 67 нечистых на руку сотрудников. Еще 29 человек (4,1 процента), понесших наказание, — работники акиматов различных уровней.

Если взглянуть на проблему в географическом разрезе, большая часть осужденных — жители Алматы (76 человек). Впрочем, не сильно отстает в этом отношении Южно-Казахстанская область — 74 человека. Астана в этом неприглядном списке где-то в последней трети — 30 человек. Военными судами осуждено 20 коррупционеров.

Также анализ показал, что судами республики в рамках своих полномочий решались вопросы не только по обеспечению принципа неотвратимости наказания, но и усилению мер профилактического воздействия путем вынесения частных постановлений в адрес должностных и иных лиц по устранению причин и условий, способствующих коррупции, по которым приняты конкретные меры.

Если верить голой статистике

Лояльны ли суды к коррупционерам? Если верить статистике, то да. В целом судами выдерживается достаточно жесткая позиция в вопросах назначения наказаний по данной категории уголовных дел. Вместе с тем в прошлом году условное наказание вынесено в отношении 329 человек, а это ни много ни мало 47 процентов от общего числа осужденных. Но делать выводы о «гуманности» казахстанских судов, якобы сводящих на нет усилия органов уголовного преследования, преждевременно. Существует статья 52 Уголовного кодекса РК о соразмерности и справедливости наказания, его достаточности для исправления и перевоспитания подсудимого и предупреждения новых преступлений, а также влияния назначенного наказания не только на исправление осужденного, но и на условия жизни его семьи и лиц, находящихся на иждивении.

В основном, как показал анализ, применение судами условной меры наказания связано с тем, что виновные впервые привлекались к уголовной ответственности, положительно характеризовались по месту работы и жительства, вину признали и раскаялись, их преступные действия не повлекли тяжких последствий. Условное наказание также назначалось женщинам, имеющим детей, или за совершение преступлений небольшой и средней тяжести.

Нарушения при назначении условного наказания, конечно, случались и были исправлены вышестоящими инстанциями. Например, приговором Бейнеуского районного суда, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, три года условно за взятку в 24 тысячи тенге получил заместитель начальника Бейнеуского ЛОВД. Надзорная коллегия суда Мангистауской области определила, что применение условного наказания в этом случае незаконно и необоснованно.

Осужденный, являясь должностным лицом, осуществляющим государственные функции, в обязанности которого входит борьба с преступностью и коррупцией, сам совершил преступление, представляющее общественную опасность. В итоге полицейский отправился в исправительную колонию общего режима, кроме того, его на три года лишили права занимать должности в госорганах и органах внутренних дел.

Довольно часто сами представители государственного обвинения — прокуроры просили назначить подсудимым условное наказание. В большинстве случаев решения судов не опротестовывались надзорными инстанциями и вступили в законную силу.

Ниже низшего предела

Совсем невелик процент дел, по которым вынесено наказание с применением 55-й статьи Уголовного кодекса (наказание ниже низшего предела санкции статьи).

Если в 2006 году наказание более мягкое, чем это предусмотрено статьей за конкретный вид преступления, вынесено в отношении 16 лиц (3,3 процента от общего числа осужденных), то в 2007 году, несмотря на общий рост числа дел и количества осужденных, наказание ниже низшего предела назначено лишь восьми лицам (1,2 процента). И это может свидетельствовать об ужесточении карательной практики судов по делам, связанным с коррупционными преступлениями.

Основанием для применения статьи 55 УК в основном явились наличие детей, хронические болезни, инвалидность, положительная характеристика, отсутствие судимости и тяжких последствий в результате преступления, молодой возраст и другие обстоятельства.

К примеру, Ауэзовским районным судом Алматы на год лишения свободы осужден за получение взятки в двадцать тысяч тенге ведущий специалист отдела государственного ветеринарного надзора. Суд учел, что подсудимый впервые привлекается к ответственности, вину свою признал полностью и раскаялся, положительно характеризуется по работе, один воспитывает двоих сыновей.

Вместе с тем анализ свидетельствует о том, что судами допущены единичные факты необоснованного применения положений статьи 55 УК, исправленные вышестоящими инстанциями.

В отношении 94 человек, или 14 процентов от общего числа осужденных, в качестве меры наказания и вовсе назначен штраф. Как свидетельствует анализ, в большинстве случаев к штрафу привлекались за совершение служебного подлога (33 гражданина, или 35 процентов от числа привлеченных к этой мере наказания), а также за дачу взятки (29 лиц, или 31 процент).

Судить бы строже, да некого...

Ровно четверть от числа всех осужденных за коррупционные деяния (170 лиц) в качестве наказания осуждены на лишение свободы по различным статьям Уголовного кодекса. К наказанию в виде года лишения свободы приговорены 12 граждан. До трех лет лишения свободы получили 67 человек (39 процента), от трех до пяти — 40 граждан, от пяти до восьми лет — 32 человека, а от восьми до 12 лет лишение свободы назначено 17 лицам. При этом за получение взятки в основном назначалось лишение свободы на срок от трех до восьми лет. Злоупотребление должностными полномочиями каралось суровее — лишением свободы от восьми до 12 лет.

Как явствует из анализа, в минувшем году по части 5 статьи 311 УК (получение взятки в особо крупном размере) в суд дела не поступали. Хотелось бы, конечно, верить, что в нашей стране взятки в особо крупных размерах не берут, но...

А если еще вспомнить, что в отношении 47 процентов подсудимых совершенно законно и обоснованно назначено условное наказание, то можно себе представить масштабы той работы, которая проделывается в рамках уголовного преследования лиц, совершивших коррупционные преступления.

«Тебя посадят, а ты не воруй!»

Самыми крупными делами о коррупционных преступлениях, рассмотренными в судах в 2007 году, можно считать следующие... Приговором Таразского городского суда № 2 от 21 июня 2007 года на восемь лет лишения свободы с конфискацией имущества за неоднократное получение взяток в крупном размере осужден директор департамента здравоохранения акимата Жамбылской области. У него изъяли незаконно полученные тридцать миллионов тенге и 100 300 долларов.

Приговором военного суда Акмолинского гарнизона от 7 июня 2007 года на семь лет лишения свободы осужден бывший начальник Главного военно-медицинского управления Министерства обороны. Кроме того, с него взыскано 87 миллионов тенге ущерба, нанесенного государству. Осужденный, ответственный за исполнение контракта с зарубежными поставщиками медицинского оборудования, принял товар без соответствующей проверки. В результате чего в страну была поставлена морально устаревшая и разукомплектованная техника.

За махинации, связанные с распределением жилья, построенного в рамках государственной программы развития жилищного строительства, осуждены на четыре с половиной и восемь лет лишения свободы соответственно заместитель акима Кокшетау и директор департамента жилья Алматы.

Так борьба или погоня за показателями?

Если рассматривать статистические данные, то количество дел о коррупционных преступлениях, переданных в суды и закончившихся вынесением приговора осужденному, растет. Но анализ судебной практики позволяет сделать интересные выводы. Так, по многим поступившим в суд делам, несмотря на их коррупционную направленность, реальное лишение свободы не могло быть назначено. Около 17 процентов дел о коррупционных преступлениях и вовсе прекращается по различным основаниям, включая пресловутое «примирение сторон». Часть судебных ошибок остается неисправленной ввиду отсутствия протестов со стороны прокуроров, поскольку вышестоящие суды законодательно лишены возможности самостоятельного пересмотра незаконных решений, принятых нижестоящими инстанциями.

К тому же сложившаяся практика показывает, что рост количественных показателей деятельности органов уголовного преследования по раскрытию коррупционных преступлений и правонарушений зачастую обусловлен учетом некоторых их видов, не связанных с корыстными мотивами. Хотя основным и главным признаком коррупции является, прежде всего, получение материальной выгоды.

В этом плане с позиций наличия корыстного интереса было бы правильным пересмотреть нормы как уголовного законодательства, так и об административной ответственности за коррупционные правонарушения.

К примеру, основную массу административных дел данной категории составляют нарушения мер финансового контроля (статья 532 КоАП), связанные с вопросами своевременности и полноты представления налоговых деклараций государственными служащими, которые законом отнесены к коррупционным. Так, за 2006 год судами рассмотрено 1 982 дела об административных коррупционных правонарушениях, из них по фактам нарушения мер финансового контроля — 1 960. За истекший год картина та же. При этом, согласно статистике, свыше половины таких дел прекращены судами за малозначительностью и по другим основаниям, так как судебная практика в основном свидетельствует об отсутствии фактов умышленного сокрытия доходов или имущества с корыстной целью или же несвоевременного представления декларации о доходах по этим мотивам.

Кроме того, закон не содержит исчерпывающих мер по предупреждению коррупции, этот пробел можно устранить лишь путем внесения соответствующих изменений и дополнений в Закон РК «О борьбе с коррупцией».

Материал подготовлен при содействии пресс-службы Верховного суда РК Юрий ВЛАДИМИРОВ

Источник: Газеты «Казахстанская правда» (https://www.kazpravda.kz)