Найти
<< Назад
Далее >>
Два документа рядом (откл)
Сохранить(документ)
Распечатать
Копировать в Word
Скрыть комментарии системы
Информация о документе
Информация о документе
Поставить на контроль
В избранное
Посмотреть мои закладки
Скрыть мои комментарии
Посмотреть мои комментарии
Увеличить шрифт
Уменьшить шрифт
Корреспонденты
Респонденты
Сообщить об ошибке

О понятии денег как объектах гражданских прав и инфраструктуре денежного обращения (Карагусов Фархад Сергеевич, г.н.с. Института частного права Каспийского университета (Алматы), д.ю.н., профессор)

  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий

О понятии денег как объектах гражданских прав и инфраструктуре денежного обращения

 

Карагусов Фархад Сергеевич,

г.н.с. Института частного права

Каспийского университета

(Алматы), д.ю.н., профессор

 

 

1. В казахстанском праве деньги традиционно признаются объектом гражданских прав. Причем согласно ранее действовавшим на территории Казахстана гражданским кодексам юридическая природа денег понималась однозначно, и в отношении денег устанавливался вполне определенный правовой режим.

Особенности этого правового режима, в первую очередь, обусловливались тем, что в обороте деньги в качестве всеобщего эквивалента выполняют функции меры стоимости и средства платежа по договорным обязательствам, а также используются для возмещения убытков в обязательствах из причинения вреда. Так, например, согласно любому легальному определению обязательства, содержавшемуся в ст. 107 ГК РСФСР, принятого 31 октября 1922 года, или в ст. 150 ГК Казахской ССР, утвержденного 28 декабря 1963 года, в силу обязательства деньги подлежали именно уплате.

В связи с этим в нормах гражданского законодательства деньги отделялись от вещей. Во всяком случае, как правовые понятия они используются параллельно, поскольку в силу обязательства должник должен уплатить деньги, но вещь он должен передать кредитору предусмотренным законом способом. Такой подход представляется вполне обоснованным: если деньги есть средство обращения, опосредующее обмен товарами, то они не могут быть объектом обращения, т.е. товаром. Примечательным представляется и то, что ГК 1922 года деньгам противопоставлял именно вещи, а ГК 1963 года - имущество.

Тем не менее в отношении денег распространялся правовой режим вещей, в том числе при обращении денег применялась ст. 126 ГК 1963 года о передаче вещей вручением. Такое регулирование устанавливается постольку, поскольку для того, чтобы деньги можно было использовать в качестве средства платежа при исполнении договорных или внедоговорных обязательств, в отношении денег не может существовать только право требовать их уплаты. Помимо этого также должны возникать и иные имущественные права, обеспечивающие принадлежность денег субъекту-правообладателю и позволяющие эффективно защищать свое имущественное право на принадлежащие ему деньги.

В связи с этим, гражданским законодательством всегда признавалось, что деньги могут быть объектом права собственности. Например, согласно ст. 54 ГК 1922 года устанавливалось, что деньги могут «быть предметом частной собственности». В свою очередь, в ГК 1963 года, хотя и отсутствовало подобное прямое указание на деньги в качестве объекта права собственности, но именно таковым они признавались в связи с тем, что в Гл. 14, посвященную защите права собственности, была включена ст. 146, запрещавшая истребование денег от добросовестного приобретателя.

Более того, не по всем обязательствам деньги могут использоваться как средство платежа. В некоторых договорных обязательствах деньги выступают непосредственно в качестве предмета сделки. Например, уже в ГК 1922 года регулировался договор займа, в соответствии с которым деньги передаются (не уплачиваются!) заимодавцем в собственность заемщика с обязательством последнего вернуть такую же сумму денег с процентами или без процентов (ст. 208). Этот вид договора аналогичным образом регулировался и в ГК 1963 года (ст. 252). Требование же о передаче денег в собственность заемщика предполагает возникновение у последнего правомочий владения (т.е. фактического обладания) деньгами как вещественными объектами (предметами материального мира). Деньги также всегда могли быть и предметом дарения, когда у одаряемого возникает фактическое господство над подаренными ему деньгами.

В этой связи в учебной литературе по советскому гражданскому праву деньги признавались вещами родовыми, заменимыми и даже делимыми, хотя и допускалась возможность их индивидуализации в определенных ситуациях.[1]

Отдельное внимание обращает на себя то, что в советский период деньгами признавались только денежные знаки, выпущенные в обращение советским государством. Банкноты, казначейские билеты и монеты в иностранной валюте могли быть предметом сделок, но только в порядке и в пределах установленных союзным законодательством (ст. 24 ГК 1922 года; ст. 128 ГК 1963 года). Особый режим устанавливался в отношении монет из драгоценных металлов, причем безотносительно того, выражены они были в иностранной валюте или в советских рублях: прямо допускалось право частной собственности в отношении них (специально это оговаривалось только в ГК 1022 года), но в сделках они могли использоваться также только в рамках специального регулирования (ст.ст. 24 и 54 ГК 1922 года; ст. 128 ГК 1963 года).

Понятия безналичных денег гражданское законодательство советского периода не знало. В то же время в СССР исправно функционировала система денежных расчетов безналичным способом, т.е. «проводимых записью в документах, а не уплатой наличных денег». Существование этой системы обеспечивалось за счет того, что Государственный банк был единым расчетным центром СССР: «все расчеты между предприятиями, организациями и учреждениями, связанные с платежами за поставленную продукцию, за оказанные услуги и отчасти за произведенные работы, а также платежи, вытекающие из ряда других оснований, производятся через Госбанк, в котором сосредоточен почти весь расчетный и платежный оборот страны».[2]

2. После обретения Казахстаном государственной независимости, и особенно с принятием Гражданского кодекса Республики Казахстан (Общей части - 27 декабря 1994, а Особенной части - 1 июля 1999 года) правовой режим денег на законодательном уровне получил более детальное закрепление. Поскольку в силу ст. 1 ГК РК гражданским законодательством регулируются основанные на равенстве участников имущественные и, в первую очередь, товарно-денежные отношения, всё содержание кодекса обусловлено регламентацией условий и порядка осуществления денежных расчетов по различным видам договорных и внедоговорных обязательств, в первую очередь, денежных обязательств (включая исполнение обязанностей по договорам, возмещению убытков и морального вреда, реализацию мер имущественной ответственности), осуществления субъектами имущественного оборота правомочий в отношении принадлежащих им денег, а также созданием правовой основы для отношений по возврату инвестиций в капитал коммерческих организаций и распределению чистого дохода юридических лиц среди их участников.

В связи с этим в большинстве видов обязательств по договорам, а также в отношениях по возмещению убытков и морального вреда возникает денежное обязательство, в рамках которого у должника существует обязанность по уплате деньгами (не по передаче денег!), а у кредитора имеется право требовать от должника надлежащего исполнения этой обязанности (ст. 282 ГК РК).

Вместе с тем, и в современном гражданском обороте деньги используются не только для исполнения собственно денежного обязательства (т.е. исполнения обязанности по уплате деньгами). С развитием общественных отношений в условиях рыночной экономики появляется заметное количество регулируемых договорных конструкций, в рамках которых деньги используются не как средство платежа, но как предмет сделки, т.е. как объект правоотношения. Действующим ГК РК регулируется целый ряд договоров, заключаемых по поводу денег: наряду с традиционными договорами займа (ст. 715) и дарения (ст. 506) деньги могут быть предметом сделок по договорам ренты (ст. 517), доверительного управления (ст. 883), государственного или банковского займов как особых видов договора займа (ст.ст. 726 и 727), перевода денег (ст. 754), банковского вклада (ст. 756), а также других поименованных и непоименованных в законодательстве договоров.

Таким образом, деньги отнесены к имущественным благам и правам (т.е. к имуществу) наряду с вещами и субъективными имущественными правами и признаны объектами гражданских прав (ст. 115 ГК РК). Причем, согласно п. 3 ст. 117 ГК РК деньги признаются движимым имуществом, а в соответствии с п.2-1 ст. 115 ГК РК к ним применяется правовой режим вещей, если иное не установлено законодательными актами Казахстана.

В качестве объектов гражданских прав деньги, на основании ст. 116 ГК РК, могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства либо иным способом, если они не изъяты из оборота или не ограничены в обороте. Собственно деньги из оборота на сегодняшний день не изъяты и не ограничены в обороте: наоборот, их использованием обеспечивается определенность и высокая степень мобильности имущественного оборота. Вместе с тем, если в этом контексте коснуться феномена изъятия определенных денежных знаков из обращения, отметим, что это не значит их изъятия из гражданского оборота как объектов материального мира: изъятые из обращения денежные знаки могут быть объектами гражданских прав, оставаясь в собственности отдельных субъектов, обмениваться или продаваться как вещи со своей стоимостью. Но они перестают быть деньгами и, они не могут исполнять функцию законного платежного средства и использоваться для осуществления платежей и расчетов по денежным обязательствам.

Особый элемент правового режима денег, с учетом распространения в отношении них режима вещей, представляет традиционная норма, содержащаяся в ст. 262 ГК РК и не допускающая истребование денег от добросовестного приобретателя.

Применение в отношении денег правового режима вещей является в большой степени условным. Во-первых, этот режим применятся только в отношении наличных / физических денег (материально объективированных денежных знаков). Во-вторых, следует помнить, что деньги не могут быть товаром, т.е. такими вещами, которые обладают потребительной стоимостью, либо могут быть использованы для создания потребительных стоимостей. За деньги можно только купить потребительную стоимость (товары или материальные имущественные объекты, позволяющие производить товары). Поэтому деньги вещами не являются, а применение в отношении них правового режима вещей имеет значение только в том смысле, что законные денежные знаки могут рассматриваться заменяемыми вещами, определяемыми родовыми признаками, которые передаются вручением, а возможности их виндикации ограничиваются добросовестностью их приобретателя. Деньги не являются потребляемыми вещами, и они не являются делимыми (поскольку разделение денежного знака на части приведет к утрате его значения как законного платежного средства, т.е. они перестанут быть деньгами). Размен одной купюры или монеты на несколько банкнот или монет меньшего номинала не является делением вещи в значении гражданского права.

Индивидуализация денежных знаков (с применением в отношении них режима индивидуально-определенной вещи) является крайне редким и не свойственным именно для гражданского оборота явлением. А попытки доказать потребляемость денег со ссылкой на возможность их использования для удовлетворения нематериальных интересов, например, нумизматами и коллекционерами или в случаях их использования в качестве подарков иностранным гостям, представляется бесперспективным. Извлечение же пользы из денежных знаков, обусловленное свойствами материалов, из которых они изготовлены, не является потреблением денег.

3. Ст. 127 ГК РК посвящена деньгам как особому объекту гражданских прав, однако не содержит однозначного легального определения денег. Этой статьей лишь определяется тенге в качестве денежной единицы в Республике Казахстан, устанавливаются основополагающие правила об использовании тенге в качестве законного платежного средства на всей территории Казахстана и об обязательности приема тенге по нарицательной стоимости при осуществлении платежей. Дополнительно предусматривается возможность осуществления платежей наличным или безналичным расчетом. А возможность и условия расчетов в иностранной валюте допущена в соответствии с законодательными актами.

В содержании ст. 127 ГК РК легальное определение денег отсутствует, но наименование этой статьи («Деньги (валюта)») может создать неправильное понимание того, что между деньгами и валютой ставится знак равенства. Хотя в некоторых случаях использование этих двух терминов как взаимозаменяемых понятий условно допустимо и имеет место, они таковыми не являются, поскольку валюта есть обозначение или наименование денежной единицы, наименование законного платежного средства на территории государства. А деньгами является то, что это государство укажет как законное в рамках его юрисдикции средство платежа и расчетов. При этом не всегда только национальная валюта может быть единственно возможной денежной единицей, в которой устанавливается цена договора, определяется размер денежного обязательства и осуществляются расчета по ним.

Например, поскольку тенге является законным платежным средством на территории Казахстана, то в соответствии со ст. 282 ГК РК и все денежные обязательства на этой территории должны быть выражены в тенге и должны исполняться в тенге. Но для этих же целей также допущена возможность использования иностранной валюты при осуществлении расчетов по обязательствам на территории республики. А недавними изменениями в Закон «О валютном регулировании и валютном контроле» прямо предусмотрено, что «денежные обязательства на территории Республики Казахстан могут быть выражены в иностранной валюте, если валютные операции по таким обязательствам разрешены».[3] В то же время, выражение денежного обязательства в национальной валюте является правилом.

Несмотря на вышесказанное, содержание ст.ст. 127 и 282 ГК представляется достаточно ясным и однозначным в том, что деньги не являются денежными обязательствами. Уплатой денег денежное обязательство исполняется: в соответствии с п/п.17 ст. 1 Закона «О платежах и переводах денег» от 29 июня 1998 года передача наличных денег или перевод денег без использования наличных денег (значит, перевод не наличных / безналичных денег? - Ф.К.) определяется как платеж.

4. Экономическая теория определяет деньги с позиции функциональности денег, которые используются как средство обращения и осуществления платежей, средство для определения размера обязательства и цены за товар, а также - и средство накопления. Но для правового регулирования значение имеет юридическая форма и распределение ответственности в связи с ее использованием.

Вопрос о правовой природе денег сохраняет свою актуальность не только в казахстанском праве, но и в праве развитых юрисдикции. Так, в английском праве технически деньгами являются банкноты Банка Англии и монеты Королевского монетного двора, когда они используются в качестве валюты для осуществления платежей, но не как товар или иной объект интереса. В литературе указывается, что в понятие денег не включаются банковские деньги как остатки на банковских счетах и электронные деньги, но признается, что экономический подход (что все используемое для платежей и расчетов, является деньгами - Ф.К.) более реалистичен. При этом, при противопоставлении денежных знаков и банковских денег в литературе указывается, что банковские деньги представляют собой существующие в неосязаемой форме требования денег - «claims to money in intangible form» (которое может быть предъявлено банку - Ф.К). Типично для традиций англо-саксонского права банковские деньги рассматриваются, прежде всего, как право на иск, подлежащий предъявлению банку,[4] или как требования, которые подлежат удовлетворению из имущества последнего.[5]

Вместе с тем, практически в этой же плоскости рассматривал данный вопрос Л.А. Лунц, указывая, что «в результате зачисления денежной суммы на свой текущий счет кредитор вместо наличных денег получает требование к банку, но это требование подвержено риску, связанному с платежеспособностью банка». Но он же и отмечал, что строгое соблюдение требований юридической теории и законодательства в вопросе осуществления платежей путем безналичных расчетов существенно затормозило бы гражданский оборот.[6] Это замечание имеет перспективу в контексте признания денег в качестве оборотоспособных обязательств государства, используемых в предусмотренных законом формах в качестве средства обращения и платежа, а также стандарта стоимости.

В казахстанской теории гражданского права тоже нет согласованной позиции относительно того, что деньгами. Например, Р.А. Маметова признает существование наличных и безналичных денег и считает, что деньги имеют «двойственный характер», а безналичные деньги она считает имущественным правом требования к банку.[7] В свою очередь, Е.Б. Осипов неоднократно и категорично в рамках наших обсуждений настаивал на том, что безналичных денег не существует вообще, но есть наличные и безналичные расчеты.

5. Авторитетным источником, содержащим юридический анализ понятия деньги, в научных кругах признается знаменитая книга доктора Манна о правовых аспектах денег. Он также совершенно обоснованно указывает на то, что деньгами являются банкноты и монеты, выпускаемые по воле государства и назначаемые им быть деньгами в рамках его юрисдикции для выполнения функций средства обращения, меры стоимости или стандарта для определения договорных обязательств, средства накопления и исчисления накопленного богатства, а также как единица для счета. Он отмечает, что обычно юристы понимают деньги только как наличные деньги, и таковыми не считают банковские деньги (содержание банковского счета).

Это отношение он объясняет тем, что юристы всегда думают преимущественно о защите исключительно частных интересов сторон обязательства и о прекращении денежного обязательства (которое при самом негативном развитии событий может быть выражено лишь в иске к банку - Ф.К.). Однако Манн утверждает, что в настоящее время такой подход не может быть реалистичным и перспективным.

В то же время, Манн рассматривает остатки на банковских счетах как обязательство банка вернуть деньги владельцу счета, т.е. как долговое обязательства банка, являющегося частной организацией. В качестве денег они признаются только потому, что в настоящее время оплата посредством банковских переводов широко принимается как средство платежа. Такое экономическое понимание денег является более функциональным, и в качестве денег должно рассматриваться всё, что законно используется для осуществления платежей. С учетом этого, Манн настаивает, что более не может приниматься позиция о том, что деньги могут существовать только в физической форме, ибо платеж банковским переводом имеет много правовых характеристик платежа наличными, и поэтому средства на банковских счетах для юридических целей должны рассматриваться в качестве денег. Такой подход нашел отражение в международно-правовых документах. Манн приводит пример Устава Международного Валютного Фонда (IMF), в соответствии со ст. XIX(d) которого термин «валюта... включает без ограничений монеты, бумажные деньги, остатки на банковских счетах, банковские акцепты платежа и правительственные обязательства со сроком погашение не более двенадцати месяцев». Причем в большинстве случаев обязанным лицом по вышеперечисленным денежным инструментам (за исключением банковских акцептов платежа) является именно государство в лице правительства или центрального (национального) банка.

Манн именно и называет важным признаком денег такую характеристику, что деньгами является то, что в качестве денег названо государством: средство расчетов и независимая денежная система в стране существует только в случае, когда национальная валюта создана на основе самостоятельной и независимой законодательной силы данного государства.[8] На с. 15-23 указанной монографии Манна обосновывается так называемая государственная теория денег (the State theory of money), основанная на исключительной роли государства в формировании национальной денежной системы и выпуске денежных знаков (физических денег). Этой теорией объясняется и ответственность государства за обеспечение обязательности принятия исполнения уплатой денег в национальной валюте по номинальной стоимости во исполнение денежных обязательств (с.318-320), а также ответственность выпустившего денежные знаки государства по их выкупу в обмен на выплату их стоимости (во времена существования металлического стандарта - золотом и/или серебром, в настоящее время после отмены такого стандарта - своей собственной валютой, что, однако, не отменяет денежную природу бумажных денег и монет).

Объясняя свою позицию касательно правового понятия денег, Манн вполне однозначно разделяет собственно деньги как средство обращения и денежное обязательство (т.е. обязательство, в котором деньги используются только как средство платежа) (с. 11). Он делает однозначный вывод о том, что отношение к деньгам только как к средству прекращения существующих обязательств, и в целом - преобладающее отношение юристов к ним в контексте только исполнения финансовых обязательств необоснованно снижает важность денег как самостоятельной правовой концепции (с. 11). В любом случае, понятие «деньги» и «платеж», хотя и взаимосвязаны (ибо платить можно только деньгами), но являются разными юридическими терминами.

6. Обращаясь же к тому, каким должно быть современное юридическое понятие денег, мы исходим из того, что деньгами являются наличные и безналичные деньги, а обязательство государства по выпускаемым им денежным знакам должно распространяться на безналичные деньги. При этом важно понимать, что безналичными деньгами являются балансовые остатки не по всем видам банковских счетов, а только по таким счетам, на которых отраженные деньги остаются деньгами клиентов, а не трансформируются в обязательство банка по возврату вклада с уплатой или без уплаты вознаграждения.

Какие бы ни были точки зрения казахстанских цивилистов, Закон «О платежах и переводах денег» позволяет понять не только функцию денег (средство платежа и накопления, мера стоимости), но также определяет формы денег: форма денежных знаков (банкнот и монет с номинальной стоимостью) и форма записей по банковским счетам клиентов банков, которыми удостоверяются денежные обязательства банков перед их клиентами (ст. 5).

В силу этих законодательных установлений безналичные деньги существуют в форме записей по банковским счетам и законом признаны формой денег. Однако согласно этим же положениям, по своей природе безналичные деньги есть денежные обязательства банков. Эта точка зрения является наиболее популярной в научной литературе.

Однако представляется более обоснованной другая позиция, основанная на том, что составляет денежную массу, за счет которой в Казахстане могут исполняться денежные обязательства, а также формироваться и измеряться материальное богатство каждого гражданина. В частности, отвечая за состояние денежной системы Казахстана и поддержание покупательской способности тенге, Национальный Банк управляет денежной массой в обращении. Эта денежная масса формируется за счет ряда предусмотренных денежных агрегатов, в числе которых - наличные деньги в обращении, переводимые депозиты в национальной валюте небанковских юридических лиц и населения, их другие депозиты в национальной валюте, а также и переводимые и иные депозиты небанковских юридических лиц и населения в иностранной валюте. Причем совокупность именно наличных денег в обращении и переводимых депозитов в национальной валюте (т.е. балансовых остатков по текущим счетам клиентов банка, являющихся имуществом этих клиентов, а не составляющих сумму их денежных требований к банкам по сберегательным вкладам) является именно денежной базой в узком выражении. Такая денежная база выражается в национальной валюте, а вся ее совокупность может использоваться субъектами гражданского оборота для исполнения по денежным обязательствам и приобретения имущественных благ.

Если принять во внимание монетарные отчеты Национального Банка текущего периода, можно увидеть, что (например, в октябре 2015 года) доля наличных денег в обращении от всего объема денежной базы в узком выражении составила примерно 25%, а от всей денежной массы, соответственно, еще ниже.[9] Такой показатель, при этом, признается недостатком национальной денежной системы: в развитых странах нормой является соотношение объема наличности в обращении, если она не превышает 7-10% от денежной базы.

Принимая во внимание, то, что в соответствии со ст. 41 Закона «О Национальном Банке Республики Казахстан» только банкноты и монеты Национального Банка являются его безусловными обязательствами, обеспечиваемыми всеми его активами, возникает вопрос об обеспечении безналичных денег. Если при таком соотношении признавать ответственность государства только по выпущенным им наличным денежным знакам, то кто тогда будет нести ответственность по безналичным деньгам, размещенным на переводимых депозитах населения и небанковских организаций, совокупная сумма которых составляет преобладающую часть денежной базы данного государства? И с юридической точки зрения совсем не безупречным является идея о том, что в рамках безналичных расчетов участники оборота вместо денег платят друг другу денежными обязательствами частных банков. Также нелепым представляется признание того, что при зачислении на текущий счет своего клиента какой-то суммы в тенге банк на самом деле зачисляет на такой счет денежные обязательства другого частного банка, хотя и по какой-то причине называемых национальной валютой соответствующего государства.

Кроме того, даже если принять, что деньги «в форме денежных обязательств банков, выраженных в виде записи по банковским счетам их клиентов» действительно существуют (и допустить, что сама эта фраза является хоть как-то обоснованной), то исполняя такие денежные обязательства перед своими клиентами, банки должны выдать (выплатить) клиентам деньги. Но несет ли государство ответственность по таким деньгам, в т.ч. принимая во внимание столь маленькую долю наличных денег в совокупном объеме денежной базы? А если в обозримом будущем денежные знаки в форме банкнот и монет вообще будут вытеснены из оборота с их заменой на безналичные формы, не существует ли в связи с этим оснований для того, чтобы ответственность государства по денежным знакам в виде безусловных обязательств, в частности, Национального Банка, обеспеченных его активами, была распространена и применительно, по крайней мере, к таким денежным агрегатам, как переводимые депозиты населения и небанковских организаций в национальной валюте?

7. При рассмотрении этого вопроса целесообразно обратить внимание на следующие обстоятельства.

ГК РК регулирует группу договоров с участием банков, которые объединены одним понятием «договоров банковского обслуживания», на основании которых банк обязуется по поручению клиента оказать банковские услуги, а клиент обязуется оплатить эти услуги (ст. 739). Однако не по всем предусмотренным договорам банк оказывает услуги. Такие услуги оказываются по договорам перевода денег и банковского счета (ст. 754 и 747).

В свою очередь, по договору банковского вклада, когда вкладчик осуществляет «вклад наличными деньгами или путем безналичных переводов», банковская услуга не оказывается, а деньги передаются банку для использования по его усмотрению (п. 3 ст. 739), но с обязательством вернуть деньги клиенту в сумме вклада и уплатить ему вознаграждение (ст. 756). Поэтому по договору банковского вклада у клиента возникает право требовать денег от банка, т.е. появляется денежное обязательство. А по договору банковского счета (ст.ст. 747-753) размещенные на счете деньги остаются деньгами клиента, и банк выполняет распоряжения такого клиента о переводе или выдаче сумм денег с его счета в пользу самого клиента или указанного им третьего лица, и также принимает на этот счет деньги, поступившие в пользу клиента. Таким образом, по банковскому вкладу сберегательным счетом удостоверяется денежное требование вкладчика к банку, а по договору банковского счета удостоверяется принадлежность размещенных на нем денег клиенту банка. Соответственно, допущение того, что все размещенные на банковском счете и поступающие на него деньги есть денежные обязательства самого этого банка порочно по самой своей природе.

Это также не способствует обеспечению надлежащего уровня защиты прав и формированию эффективной и обоснованной инфраструктуры денежного обращения. Действительно, в этом вопросе значительно более целесообразным является вышеупомянутый функциональный подход, в соответствии с которым, все, чем субъект может расплачиваться по своим денежным обязательствам, является деньгами.

В данном случае и денежные знаки, и содержание банковского счета (не сберегательного), являясь двумя допустимыми формами денег, опосредуют существование и обращение денег, природу которых составляет содержание безусловного обязательства государства.

Собственно же содержание этого обязательства обусловливается тем, что, если государство для нас устанавливает, что является деньгами в рамках его юрисдикции, и принуждает к использованию именно таких денег,[10] то у граждан этого государства нет иных средств и способов измерения своего благосостояния, а у государства по закону существует обязанность создать инфраструктуру денежного обращения и сохранять покупную способность денег.

В то же время способность государства отвечать по этому своему обязательству во многом обусловливается функционированием подконтрольной ему инфраструктуры, обеспечивающей эффективность и безопасность денежного обращения. Такой инфраструктурой является именно банковская система. В этой связи, возможно, настало время подумать о целесообразности перехода от признания банков предпринимательскими организациями (в деятельности которых реализуется частный интерес контролирующих их акционеров, а также личные интересы и амбиции директоров и менеджеров этих банков) и лицензирования банковской деятельности к формированию банковской системы как единой инфраструктуры, заинтересованной не в увеличении их доходности, а в повышении уровня именно банковского обслуживания и безопасности активов, используемых банками и обращающихся в банковской системе.

 

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий

____________________

1. Гражданское право Казахской ССР. / Коллектив авторов. - Алма-Ата: издательство «Мектеп», 1978. 352 с. С. 109-110; Советское гражданское право. / под ред. С.Н. Братуся. - М.: Государственное издательство юридической литературы. 679 с. С. 124-125; Гражданское право. Учебник. Часть I. Издание второе, переработанное и дополненное. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. - М.: «ПРОСПЕКТ», 1997. 600 с. С. 203.

2. Компанеец Е.С., Полонский Э.Г. Применение законодательства о кредитовании и расчетах. - М.: Юридическая литература, 1967. 217 с. С. 198-199.

3. П. 31 ст. 1 Закона «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам неработающих кредитов и активов банков второго уровня, оказания финансовых услуг и деятельности финансовых организаций и Национального Банка Республики Казахстан» от 24 ноября 2015 г. - Казахстанская правда, 27 ноября 2015 г. Вероятно, что такое дополнение сделано, в первую очередь, в связи с созданием Международного финансового центра Астаны, в рамках которого предполагается формирование на неделимой территории суверенного Казахстана отдельной юрисдикции, рамках которой казахстанские субъекты финансово-предпринимательской деятельности (в т.ч. с иностранным участием) могут иметь иной правовой статус по сравнению с другими казахстанскими предпринимателями, включая возможности более свободного использования иностранной валюты при возникновении и исполнении денежных обязательств. В этой связи важным является недопущение существенного ослабления политической силы и экономической мощи казахстанского государства.

4. Sommer, Joseph. A Law of Financial Accounts: Modern Payment and Securities Transfer Act. / The Business Lawyer; Vol.53, August 1998. P. 1193-1194.

5. Goode on Commercial Law. Fourth edition. / Edited and fully revised by Ewan McKendrick. - PENGUIN BOOKS. 1433 p. P. 486-495.

6. Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. Денежное обязательство в гражданском и коллизионном праве капиталистических стран. / В изд.: Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. - М: Статут, 1999. - 352 с. С. 32, 291.

7. Объекты гражданских прав. / Отв. ред. М.К. Сулейменов. - Алматы: НИИ частного права КазГЮУ, 2008. 598 с. С. 126-128.

8. Mann on the Legal Aspect of Money. Sixth Edition. / Charles Proctor. - OXFORD University Press, 2005. 831 p. Pp. 5-78.

9. Монетарные обзоры Национального Банка Республики Казахстан: http://nationalbank.kz.

10. Одним из принципиальных признаков денег является то, что их выпускает государство и принуждает к их использованию в качестве меры стоимости, средства платежа и обращения на своей территории. Эта точка зрения является наиболее авторитетной и обоснованной. Она, в т.ч. обоснована Манном в Legal Aspect of Money (с. 13-23), хотя и отмечается, что сегодня уже не признается государственная монополия относительно создания денег. В связи с этим в литературе высказываются и противоположные позиции относительно обязательности выпуска денежных средств именно государством (см., Goode on Commercial Law. Fourth edition. P. 486). В то же время, думаем / надеемся, что эта дискуссия обусловлена в большей степени тем, чтобы обосновать «денежную» природу электронных денег, государственных денежных обязательств и подобных им инструментов, а не с тем, что освободить государство от ответственности за свободную обращаемость и покупательную способность денег в национальной валюте.

 

Подготовлено для участия в VI Международной научно-теоретической конференции «Актуальные проблемы правовых основ денежного обращения и правового режима денег (Худяковские чтения по финансовому праву)» (11 декабря 2015 г., г. Алматы).