«Соблюдение прав лиц, содержащихся в специальном приемнике и приемнике-распределителе Департамента внутренних дел г. Астана». Доклад по результатам мониторинга за период с июня по сентябрь 2016 г. (Авторский коллектив: М.Ч. Когамов, д.ю.н., профессор; Т.К. Мамираимов, политолог)
  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий
  • Судебные решения

ДОКЛАД
Соблюдение прав лиц, содержащихся в специальном приемнике
и приемнике-распределителе Департамента внутренних дел города Астана

(по результатам мониторинга за период с июня по сентябрь 2016 г.)

 

Астана, 2016 г.

 

Публикация настоящего доклада стала возможной благодаря поддержке Международной организации по миграции (MOM) в рамках реализации проекта «Достоинство и права» при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID).

Содержание публикации отражает точку зрения авторов доклада, и не обязательно соответствует мнению MOM, USAID, ОО «Қадір-қасиет»

 

«Соблюдение прав лиц, содержащихся в специальном приемнике и приемнике-распределителе Департамента внутренних дел г. Астана». Доклад по результатам мониторинга за период с июня по сентябрь 2016 г. Астана, 2016 г. - 45 с.

 

Авторский коллектив:

Раздел I. Анализ законодательства Республики Казахстан по вопросу о праве на свободу и личную неприкосновенность, праве на доступ к адвокату, праве на свидание для лиц, содержащихся в специальных приемниках и приемниках-распределителях - М.Ч. Когамов, д.ю.н., профессор.

Разделы II-IV - Т.К. Мамираимов, политолог.

 

Доклад адресован всем лицам и учреждениям, заинтересованным в улучшении ситуации с соблюдением прав лиц, содержащихся в специальном приемнике и приемнике-распределителе Департамента внутренних дел г. Астана, на свободу, на защиту и получение квалифицированной юридической помощи, на свидание.

 

Содержание

 

ВВЕДЕНИЕ

I. Анализ законодательства Республики Казахстан по вопросу о праве на свободу и личную неприкосновенность, праве на доступ к адвокату, праве на свидание для лиц, содержащихся в специальных приемниках и приемниках-распределителях

1. О праве на свободу

2. О доступе к адвокату

3. О праве лиц, содержащихся в специальных приемниках и приемниках-распределителях, на свидание

II. РЕЗУЛЬТАТЫ МОНИТОРИНГА Общая информация о респондентах мониторинга и учреждениях 1. Приемник-распределитель Департамента внутренних дел г. Астана

2. Специальный приемник Департамента внутренних дел г. Астана

3. Общая информация об адвокатах

4. Общая информация о сотрудниках учреждений

III. Соблюдение прав лиц, содержащихся в специальном приемнике

1. Соблюдение права на свободу лиц, содержащихся в специальном приемнике

2. Соблюдение прав лиц, содержащихся в специальном приемнике, на защиту, получение квалифицированной юридической помощи

3. Соблюдение права лиц, содержащихся в специальном приемнике, на свидание

IV. Соблюдение прав лиц, содержащихся в приемнике-распределителе

1. Соблюдение права лиц, содержащихся в приемнике-распределителе, на свободу

2. Соблюдение права лиц, содержащихся в приемнике-распределителе, на защиту, получение квалифицированной юридической помощи

3. Соблюдение права лиц, содержащихся в приемнике-распределителе, на свидание

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ

РЕКОМЕНДАЦИИ

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

 

 

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий
  • Показать изменения
  • Судебные решения

ВВЕДЕНИЕ

 

Общественное объединение «Қадір-қасиет» - некоммерческая общественная организация, выступившая партнером Международной организации по миграции, в рамках проекта USAID «Достоинство и права».

В период с 15 июня по 15 августа 2016 года организацией был проведен мониторинг соблюдения прав лиц, содержащихся в специальном приемнике и приемнике-распределителе Департамента внутренних дел г. Астана (ДВД), на свободу, защиту и получение квалифицированной юридической помощи, свидание, по итогам которого был подготовлен настоящий доклад.

Актуальность темы мониторинга обусловлена ценностью названных прав и свобод и необходимостью улучшения ситуации с их соблюдением в учреждениях, где проводился мониторинг, участием сотрудников ОО «Қадір-қасиет» в работе общественной наблюдательной комиссии и группы национального превентивного механизма в г. Астана.

Мониторинг проводился на основе методологии Хельсинкского фонда по правам человека (г. Варшава). В качестве инструментария разработаны анкеты для задержанных, сотрудников приемников и следственного изолятора Департамента уголовно-исполнительной системы по г. Астана (ЕЦ-166/1 или СИ-12 ДУИС), карта наблюдения. В ходе мониторинга проведены лекции для сотрудников приемников и СИ-12 по соблюдению прав человека.

Для опроса сотрудников приемников была разработана анкета, включающая в себя 55 вопросов, сотрудники СИ-12 отвечали на 52 вопроса. Анкеты для лиц, содержащихся в приемниках, были переведены на казахский, узбекский и кыргызский языки, и включали в себя по 52 вопроса. Адвокаты отвечали на 23 вопроса. Мониторы проекта также направили запросы в государственные органы, обеспечивающих права адресной группы.

Большой интерес для целей проекта представляла бы информация из официальных документов: личных дел сотрудников, арестованных, адвокатов, из материалов судебных дел. Однако доступ к указанным фактическим данным при проведении подобных мониторингов весьма затруднителен, фактически невозможен, так как ряд документов помечен грифом «для служебного пользования», а материалы судебных дел могут быть выданы только определенному в законодательстве кругу лиц.

В ходе мониторинга опрошены 7 сотрудников специального приемника, 19 - приемника-распределителя, 23 - СИ-12, 29 задержанных в специальном приемнике, 34 - в приемнике-распределителе, 23 адвоката. Анонимный сбор информации по вопросам, отраженным в анкетах для каждой группы интервьюированных, производился незаинтересованными лицами, которые отражали полученные от каждого сведения в индивидуальных анкетах. В докладе отражены известные факты о жизнедеятельности и нарушениях прав внутренних и внешних мигрантов, соблюдении международных стандартов по предмету мониторинга.

Исследование не претендует на полноту и объективность собранной информации, а выводы не содержат рейтинговых оценок. Между тем, мы надеемся на то, что настоящий доклад позволит внести вклад в приведение отдельных положений национального законодательства, соблюдения исследованных прав и условий содержания задержанных в приемниках в соответствие с минимальными международными стандартами.

ОО «Қадір-қасиет» выражает благодарность руководству Департамента внутренних дел г. Астана, администрации и сотрудникам специального приемника и приемника-распределителя ДВД г. Астана, учреждения ЕЦ-166/1, задержанным и адвокатам, принявшим участие в опросах, экспертам Марату Когамову, Раисе Юрченко, Талгату Мамираимову, лицам, оказавшим помощь в переводе инструментария на другие языки, мониторам, проводившим исследование Аиде Жусипалиевой и Насиме Корганбековой, а также всем, без вклада которых проведение исследования не представилось бы возможным.

 

А. Ибраева, в.и.о. директора ОО «Қадір-цасиет», к.ю.н.

 

 

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий
  • Показать изменения
  • Судебные решения

I. Анализ законодательства Республики Казахстан по вопросу о праве на свободу и личную неприкосновенность, праве на доступ к адвокату, праве на свидание для лиц, содержащихся в специальных приемниках и приемниках-распределителях

 

1. О праве на свободу

 

Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность, - гласит ст. 3 Всеобщей декларации прав человека, принятой и провозглашенной ГА ООН от 10 декабря 1948 года.

Уточняя данное положение, ст. 9 данного международного универсального правозащитного документа вторит ей, что при этом никто не может быть подвергнут произвольному аресту, задержанию или изгнанию.

Спустя 18 лет уже в Международном пакте о гражданских и политических правах (далее - МПГПП), принятом резолюцией ООН от 16 декабря 1966 года, вышеуказанные положения были объединены в пункт 1 ст. 9 о том, что каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.

Будучи приверженцем общепризнанных норм и принципов международного права в области защиты прав человека и гражданина, утвердив себя правовым государством, Республика Казахстан, признавая и гарантируя права и свободы человека в соответствии с Конституцией (п. 1 ст. 12), довольно точно воспроизвела в нормах Конституции 1995 года эти положения.

В статье 16 Конституции установлено, что каждый имеет право на личную свободу (п. 1). Арест и содержание под стражей допускаются только в предусмотренных законом случаях и лишь с санкции суда с предоставлением арестованному права обжалования. Без санкции суда лицо может быть подвергнуто задержанию на срок не более семидесяти двух часов (п. 2). Каждый задержанный, арестованный, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента, соответственно, задержания, ареста или предъявления обвинения (п. 3).

Таким образом, конструкция норм ст. 16 Конституции позволяет сделать вывод о том, что право на личную свободу и право на личную неприкосновенность тесно между собою переплетаются и одно право невозможно без другого, но об этом ниже.

Итак, что включает в себя право каждого на личную свободу.

Судя по международным документам универсального характера - это, прежде всего, довольно широкое понимаемое и применяемое личностью право.

Так, в Преамбуле Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, принятого ГА ООН от 16 декабря 1966 года, отмечается: право на личную свободу обусловлено тем, что каждый отдельный человек, имея обязанности в отношении других людей и того коллектива, к которому он принадлежит, должен добиваться поощрения и соблюдения прав, признаваемых в данном Пакте.

Однако, вторит этим положениям п. 5 ст. 12 Конституции РК, осуществление прав и свобод конкретным человеком и гражданином не должно нарушать прав и свобод других лиц, посягать на конституционный строй и общественную нравственность.

В этом же Пакте нетрудно выделить право человека на свободу выбора труда, на который он свободно соглашается (п. 1 ст. 6), право на свободу от голода (п. 2 ст. 11), права родителей на свободу выбора для своих детей организации образования, обеспечение религиозного и нравственного воспитания своих детей в соответствии со своими собственными убеждениями (п. 3 ст. 13), право свободы отдельных лиц и учреждений создавать учебные заведения и руководить ими при неизменном условии соблюдения принципов, изложенных в п. 1 ст. 13 (п. 4 ст. 13), право на свободу, необходимую для научных исследований и творческой деятельности (п. 3 ст. 15).

Вместе с тем нормы Пакта допускают возможность ограничения права на свободу и иных прав человека, которые определяются исключительно законом, и только постольку, поскольку это совместимо с природой указанных прав, и исключительно с целью способствования общему благосостоянию в демократическом обществе (ст. 4).

К примеру, в Пакте закреплены нормы, согласно которым могут быть введены законные ограничения пользования правом на создание профессиональных союзов и участие в их деятельности, правом на забастовки для лиц, входящих в состав вооруженных сил, полиции или администрации государства (п. 2 ст. 8).

Вполне отчетливо отступления от права каждого на свободу и личную неприкосновенность и восстановление этих прав регламентированы ст. 9 МПГПП.

Словом, право человека на личную свободу, по сути, - системное и комплексное правовое и социальное явление, что наглядно отражают даже названия цитируемых Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах и МПГПП. В основе использования этого права человеком и иных его прав подразумеваются разумный и необходимый уровень интеллекта, воли, психики, потребностей и интересов, а также особенности характера и темперамента, позволяющие ему понимать и применять личную правосубъектность в соответствии с принципами демократического, светского, правового и социального государства.

Следуя в русле вышеприведенных международных требований, то есть, безусловно признавая и гарантируя конституционные права и свободы человека, нормы Конституции, тем не менее, также допускают их ограничение только законами и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения (п. 1 ст. 39).

Например, эта мысль присутствует в нормах Закона РК от 8 февраля 2003 года «О чрезвычайном положении»: «... чрезвычайное положение - временная мера, применяемая исключительно в интересах обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя Республики Казахстан и представляющая собой особый правовой режим деятельности государственных органов, организаций, допускающий установление отдельных ограничений прав и свобод граждан, иностранцев и лиц без гражданства, а также прав юридических лиц и возлагающий на них дополнительные обязанности» (пп. 5 ст. 1, ст.ст. 15-17).

Аналогично подходит к этим вопросам Закон РК от 5 марта 2003 года «О военном положении»: « ... военное положение - особый правовой режим, предусматривающий комплекс политических, экономических, административных, военных и иных мер, направленных на создание условий для предотвращения или отражения агрессии против Республики Казахстан либо непосредственной внешней угрозы ее безопасности, и вводимый Президентом Республики Казахстан на всей территории Республики или в отдельных ее местностях» (пп. 4 ст. 1); «В период действия военного положения предусматриваются ограничения прав и свобод граждан и других лиц, за исключением прав и свобод, предусмотренных статьями, перечисленными в пункте 3 статьи 39 Конституции Республики Казахстан, деятельности организаций, а также возложение на них дополнительных обязанностей, определенных настоящим Законом» (п. 2 ст. 5, ст.ст. 6-12) и т.д.

Конституция, и в этом ее особенность, выделяет группу прав и свобод человека и гражданина, перечисленных в п. 3 ст. 39, включая право каждого на личную свободу, на которые, как правило, ни в каких случаях не распространяются любые возможные законодательные ограничения. Эту норму Конституции, как и, впрочем, все иные нормы о правах и свободах человека и гражданина, надо воспринимать как несущую в себе глубокий общечеловеческий и нравственный смысл, дополнительно обеспечивающую признание достоинства и ценности человеческой личности, а также равных и неотъемлемых прав у каждого человека в обществе и государстве.

Но Конституция вкладывает в них и другое понимание, что обусловлено ее местом в системе действующего права страны.

Дело в том, что поскольку мы имеем дело с нормами Конституции, которая имеет высшую юридическую силу и прямое действие на всей территории Республики (п. 2 ст. 4), она содержит и нормы, которые призваны защищать и поддерживать глубокий смысл каждого права человека, в том числе права на личную свободу. То есть, подчеркивая незыблемость и стабильность прав, указанных в п. 3 ст. 39 Конституции, нормы Конституции одновременно закрепляют в них правоотношения, влекущие ограничения в праве каждого на личную свободу и личную неприкосновенность.

Именно так построены и взаимосвязаны нормы п. 1 и п. 2 ст. 16 Конституции, которые могут быть определенно поняты через разъяснение такого принципа уголовного процесса, как неприкосновенность личности (ст. 14 УПК).

Неприкосновенность личности - принцип международного права (ст.ст. 3, 9 Всеобщей декларации прав человека, ст. 9 МПГПП) и конституционный принцип уголовного процесса (ст. 16 Конституции). Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (ст. 3); никто не может быть подвергнут произвольному аресту, задержанию или изгнанию (ст. 9) - провозглашает Всеобщая декларация прав человека. Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность; никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей; никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены Законом, - так же констатирует п. 1 ст. 9 МПГПП. Кроме того, п. 2 ст. 9 МПГПП требует, чтобы официальные лица безотлагательно информировали арестованных о законных основаниях для их ареста и обо всех обвинениях против них. Пункт 5 ст. 9 МПГПП также содержит требование, чтобы государство обеспечивало подлежащее исполнению в силу закона право человека на возмещение вреда, причиненного каким-либо нарушением положений ст. 9 МПГПП. Например, это право включает компенсацию за заключение под стражу без обоснованного подозрения или за неоправданное содержание под стражей до суда, когда было уместно освобождение под залог.

Положения международных документов воспроизведены в Конституции. Каждый имеет право на личную свободу; арест и содержание под стражей допускаются только в предусмотренных законом случаях и лишь с санкции суда с предоставлением арестованному права обжалования; без санкции суда лицо может быть подвергнуто задержанию на срок не более семидесяти двух часов; каждый задержанный, арестованный, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента, соответственно, задержания, ареста или предъявления обвинения, - устанавливает ст. 16 Конституции.

Нормы ст. 14 Конституции различают три группы случаев, которые наиболее тесно выражают сущность данного принципа и регулируются УПК: меры процессуального принуждения, в том числе задержание, содержание под стражей, которые могут быть применены к подозреваемому, обвиняемому, подсудимому при производстве по делу (ст.ст. 128-165); принудительное помещение не содержащегося под стражей лица в медицинское учреждение для производства судебно-психиатрической или судебно-медицинской экспертизы (ст. 279); производство следственных действий, нарушающих неприкосновенность личности (принудительное освидетельствование потерпевшего, свидетеля или принудительное получение образцов у подозреваемого, обвиняемого и иных лиц) (ст.ст. 223, 268). Таким образом, приведенные выше процессуальные решения и действия не относятся к основным вопросам расследуемого уголовного дела (ч. 4 ст. 59, ч. 6 ст. 62, ч. 6 ст. 63 УПК), однако существенно ограничивают личную свободу и неприкосновенность личности и потому находятся под особой охраной Конституции и УПК.

Принципиальным требованием закона является положение о том, что при задержании лица по подозрению в совершении уголовного правонарушения должностное лицо органа уголовного преследования устно объявляет этому лицу по подозрению в совершении какого уголовного правонарушения оно задержано, разъясняет ему право на приглашение защитника, право хранить молчание и то, что сказанное им может быть использовано против него в суде. В случае если задержанный не владеет казахским и (или) русским языками и т.д., разъяснение его прав осуществляется в присутствии переводчика и защитника до начала допроса в качестве подозреваемого, о чем делается отметка в протоколе допроса (ч. 1 ст. 131 УПК). В отличие от содержания под стражей подозреваемого, обвиняемого задержание осуществляется в отношении подозреваемого в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы; носит кратковременный характер; не требует санкции прокурора или суда; имеет целью пресечение преступления и разрешение вопроса о применении к нему меры пресечения в виде содержания под стражей или обеспечение производства по уголовному проступку, по которому имеются основания полагать, что лицо может скрыться либо совершить более тяжкое деяние (ч. 1 ст. 128 УПК). Задержание подозреваемого, к тому же, применяется исключительно органами уголовного преследования (ч. 2 ст. 128 УПК). Различие можно провести также по материально-правовым условиям (основаниям) задержания, содержания под стражей и другим признакам, которые предусмотрены УПК.

Что касается порядка и условий содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в специальных учреждениях, гарантий их прав и законных интересов, а также прав и обязанностей сотрудников мест содержания под стражей, они подробно регулируются Законом РК «О порядке и условиях содержания лиц в специальных учреждениях, обеспечивающих временную изоляцию от общества» от 30 марта 1999 года. Содержание в специальных учреждениях (следственный изолятор, изолятор временного содержания) осуществляется в соответствии с принципами законности, презумпции невиновности, равенства граждан перед законом, гуманизма, уважения чести и достоинства личности, нормами международного права и не должно сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся в специальных учреждениях (п.п. 11-12 ст. 2, ст.ст. 4-5 данного Закона).

Вред, причиненный лицу в результате незаконного задержания, содержания под стражей, домашнего ареста, временного отстранения от должности, помещения в специальную медицинскую организацию, осуждения, применения принудительных мер медицинского характера, возмещается из бюджетных средств в полном объеме независимо от вины органа, ведущего уголовный процесс (ст.ст. 37-42 УПК).

Принцип неприкосновенности личности органично связан с принципом уважения чести и достоинства личности и также находится под охраной норм уголовного, уголовно-процессуального и гражданского законодательства (см. ст. 13 УПК).

Достоинство человека неприкосновенно; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, - провозглашает ст. 17 Конституции. Данный конституционный принцип уголовного процесса носит предупредительный характер и, прежде всего, адресован органам и должностным лицам, ведущим уголовный процесс. В основе регламентации процессуальной нормы - признание государством принципов и норм Всеобщей декларации прав человека, Международного пакта о гражданских и политических правах, Конвенции против пыток, безоговорочно осуждающих любые посягательства на честь и достоинство личности в уголовном процессе, устанавливающих целую систему норм на этот счет. Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию, - провозглашает ст. 5 Всеобщей декларации прав человека. Все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности (п. 1 ст. 10); ни одно лицо не должно без его свободного согласия подвергаться медицинским или научным опытам (ст. 7); никто не должен подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию (п. 1 ст. 17), - продолжает МПГПП. Каждое государство систематически рассматривает правила, инструкции, методы и практику, касающиеся допроса, а также условия содержания под стражей и обращения с лицами, подвергнутыми любой форме ареста, задержания или тюремного заключения на любой территории, находящейся под его юрисдикцией, с тем, чтобы не допускать каких-либо случаев пыток (ст. 11); каждое государство обеспечивает, чтобы его компетентные органы проводили быстрое и беспристрастное расследование, когда имеются достаточные основания полагать, что пытка была применена на любой территории, находящейся под его юрисдикцией (ст. 12), - конкретизирует Конвенция против пыток и т.д.

Принципиальный характер по рассматриваемому вопросу носит ст. 112 УПК. Согласно ее положениям, фактические данные признаются недопустимыми в качестве доказательств, если они получены с применением пыток, насилия, угроз, обмана, а равно иных незаконных действий (п. 1 ч. 1 ст. 112 УПК).

Гражданин имеет право на охрану тайны личной жизни, в том числе тайны переписки, телефонных переговоров, дневников, заметок, записок, интимной жизни, усыновления, рождения, врачебной, адвокатской тайны, тайны банковских вкладов. Раскрытие тайны личной жизни возможно лишь в случаях, установленных законодательными актами (ст. 144 ГК). В ходе уголовного судопроизводства органы, ведущие уголовный процесс, обязаны принимать все необходимые меры по сохранению конфиденциальности, неразглашению получаемых при производстве процессуальных действий сведений о частной жизни, а равно сведений личного характера, которые участник процесса считает необходимым сохранить в тайне и которые не имеют отношения к производству по делу (ст. 47 УПК). Порядок сохранения конфиденциальности данных дознания и предварительного следствия является одним из важных общих условий предварительного следствия (ст. 201 УПК). Разглашение данных дознания или предварительного следствия влечет уголовную ответственность (ст.ст. 423-424 УК).

Принцип уважения чести и достоинства личности в уголовном процессе охраняется нормами УК, которым установлена уголовная ответственность должностных лиц органов, ведущих уголовный процесс, за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 412), за заведомо незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 414), за принуждение к даче показаний (ст. 415), за пытки (ст. 146).

Устранение последствий морального вреда, причиненного лицу незаконными действиями органов, ведущих уголовный процесс, осуществляется в порядке, предусмотренном УПК (ст. 41), ГПК (ст. 32), ГК (ст.ст. 141, 142, 923, 951-952). Разъяснения о порядке возмещения морального вреда содержатся также в постановлении Пленума Верховного Суда от 9 июля 1999 года № 7 «О практике применения законодательства по возмещению вреда, причиненного незаконными действиями органов, ведущих уголовный процесс», нормативном постановлении Верховного Суда от 21 июня 2001 года «О применении судами законодательства о возмещении морального вреда».

Совокупность норм, ограничивающих при наличии оснований конституционные права личности на свободу и неприкосновенность личности - характерная черта административного законодательства РК (см. ст.ст. 14, 20, 23, 24 КоАП РК).

КоАП РК в этой связи регламентирует различные виды мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, в том числе доставление лица к месту составления протокола об административном правонарушении, административное задержание физического лица, привод, личный досмотр и досмотр вещей, находящихся при физическом лице, и т.д. (ст.ст. 14, 785).

Также в КоАП РК предусмотрена целая система видов административного взыскания, включая административный арест, и мер административно-правового воздействия на правонарушителя (ст.ст. 41-42, 52-54).

Например, согласно ст. 54 КоАП, при рассмотрении дела об административном правонарушении по ходатайству участников производства по делу об административном правонарушении и (или) органов внутренних дел судом могут быть установлены особые требования к поведению лица, совершившего административное правонарушение, предусмотренное статьями 73, 127, 128, 131, 434, 435, 436, 440 (частью четвертой и пятой), 442 (частью третьей), 448, 461, 482, 485 (частью второй) КоАП на срок от трех месяцев до одного года, предусматривающие в полном объеме или раздельно запрет: 1) вопреки воле потерпевшего разыскивать, преследовать, посещать потерпевшего, вести устные, телефонные переговоры и вступать с ним в контакты иными способами, включая несовершеннолетних и (или) недееспособных членов его семьи; 2) приобретать, хранить, носить и использовать огнестрельное и другие виды оружия; 3) несовершеннолетним посещать определенные места, выезжать в другие местности без разрешения комиссии по защите прав несовершеннолетних; 4) употреблять алкогольные напитки, наркотические средства, психотропные вещества (ч. 1). При установлении особых требований к поведению лица, совершившего административное правонарушение в сфере семейно-бытовых отношений, для охраны и защиты потерпевшего и членов его семьи суд в исключительных случаях вправе применить на срок до тридцати суток меру административно-правового воздействия в виде запрета лицу, совершившему бытовое насилие, проживать в индивидуальном жилом доме, квартире или ином жилище с потерпевшим в случае наличия у этого лица другого жилища (ч. 2). В течение срока действия особых требований к поведению правонарушителя на него могут быть возложены обязанности являться в органы внутренних дел для профилактической беседы от одного до четырех раз в месяц (ч. 3).

 

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки
  • Добавить комментарий
  • Показать изменения
  • Судебные решения

2. О доступе к адвокату

 

Понимание этого вопроса находится в тесной связи с действием принципа состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты в уголовном процессе, который является концентрацией норм всех принципов уголовного процесса и может быть понят только в сочетании с ними. Уже своим названием он определяет круг его субъектов. Это стороны обвинения и защиты, а также суд, не выступающий стороной в деле, находящийся между сторонами и над ними и обеспечивающий интересы права в конкретном уголовном деле.

Состязательность невозможна без равноправия сторон. Поэтому равноправие сторон в названии принципа способствует обеспечению состязательности ее сторон. Однако весь принцип может быть правильно реализован при его всестороннем понимании, главным образом, органами, ведущими уголовный процесс, которые должны осознавать предварительность своих выводов по делу, их неокончательность, а также воспринимать подозреваемых, обвиняемых до суда как неосужденных лиц.

Состязательность и равноправие сторон в несколько ином процессуальном объеме проявляются в досудебных стадиях уголовного процесса. Для выравнивания прав и обязанностей сторон обвинения и защиты при расследовании уголовного дела арбитром их состязательности выступает прокурор (процессуальный прокурор или руководитель органа прокуратуры) либо следственный судья в силу их конституционного предназначения в уголовном процессе; в достаточном и определенном объеме закон допускает элементы судебного контроля при расследовании уголовного дела; подозреваемый, обвиняемый, подсудимый вправе не давать согласия органу, ведущему уголовный процесс, на прекращение уголовного дела в отношении его по нереабилитирующим основаниям; активным участником процесса доказывания является защитник и т.д.

Существенное место в процессе реализации норм данного принципа занимает фигура защитника подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного, представителя потерпевшего (ч.ч. 4, 8 ст. 23 УПК).

Статья 27 УПК гласит, что каждый имеет право на получение в ходе уголовного процесса квалифицированной юридической помощи в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом (ч. 1). В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно (ч. 2).

Статья 27 УПК воспроизводит п. 3 ст. 13 Конституции и в системе норм УПК, регулирующих право на защиту, соответствует международным стандартам об обязательном участии защитника в уголовном процессе (пп. b, d п. 3 ст. 14 МПГПП). Согласно последним, каждый обвиняемый имеет право быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него недостаточно средств для оплаты этого защитника.

Под квалифицированной (профессиональной) юридической помощью понимается, прежде всего, юридическая помощь, оказываемая адвокатом. Такой вывод следует из первого предложения ч. 2 ст. 66 УПК, где прямо записано, что в качестве защитника участвует адвокат. В этой же части статьи указывается, что при участии адвоката в уголовном процессе в качестве защитника наряду с ним по письменному заявлению свидетеля, имеющего право на защиту подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного, оправданного их защиту может осуществлять одно из следующих лиц: супруг (супруга) или близкий родственник, опекун, попечитель либо представитель организации, на попечении или иждивении которой находится подзащитный. Таким образом, все перечисленные лица могут быть защитниками наряду только с адвокатом. Такой порядок вещей соответствует квалифицированному характеру юридической помощи, и она не может быть возложена на случайных лиц, тем более непрофессионалов в области юриспруденции. Что касается иностранных адвокатов, то они допускаются к участию в деле в качестве защитников, если это предусмотрено международным договором Республики Казахстан с соответствующим государством на взаимной основе (ч. 2 ст. 66, см. ст.ст. 1, 4 УПК).

В соответствии с п.п. 1-2 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности» от 5 декабря 1997 года адвокат - это гражданин Республики Казахстан, имеющий высшее юридическое образование, получивший лицензию на право осуществления адвокатской деятельности, обязательно являющийся членом коллегии адвокатов и оказывающий юридическую помощь на профессиональной основе в рамках адвокатской деятельности, регламентируемой указанным Законом. Адвокатом не может быть лицо, признанное в судебном порядке недееспособным, либо ограниченно дееспособным, либо имеющее непогашенную или неснятую в установленном законом порядке судимость (ст. 79 УК). Адвокатом также не может быть лицо, освобожденное от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям за совершение умышленного преступления; уволенное с государственной, воинской службы, из органов прокуратуры, иных правоохранительных органов, специальных государственных органов, судов и органов юстиции или исключенное из коллегии адвокатов по отрицательным мотивам; лишенное лицензии на занятие адвокатской деятельностью и т.д.

Оплата труда адвоката производится в соответствии с действующим законодательством. Размер оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами, и возмещения расходов, связанных с защитой и представительством, устанавливается письменным договором адвоката с лицом, обратившимся за помощью. При наличии оснований, предусмотренных УПК, оплата юридической помощи, оказываемой адвокатом, командировочных, транспортных и других его расходов производится по постановлениям органов дознания, предварительного следствия и определениям судов из бюджетных средств. Размер и порядок оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатом, и возмещения расходов, связанных с защитой и представительством, правовым консультированием, в таких случаях устанавливаются Правительством Республики Казахстан (п.п. 1-3 ст. 5 Закона «Об адвокатской деятельности», п. 2 ст. 7 Закона РК от 3 июля 2013 года «О гарантированной государством юридической помощи»). В частности, Правила оплаты труда лиц, оказывающих гарантированную государством юридическую помощь, учета юридической помощи, оказанной адвокатом, и возмещения расходов, связанных с консультированием, защитой и представительством, а также размер оплаты его труда утверждены постановлением Правительства РК от 26 августа 1999 года № 1247. Законом РК от 3 июля 2013 года «О гарантированной государством юридической помощи» регулируются общественные отношения, возникающие в сфере оказания гарантированной государством юридической помощи, и определяются правовые механизмы реализации прав и обязанностей физических и юридических лиц при оказании им гарантированной государством юридической помощи, которые вправе ее получить на территории Республики Казахстан независимо от места жительства и места нахождения (п. 3 ст. 8).

Согласно закону, выражение «защитник» органично связано с такими понятиями УПК, как защита, сторона защиты, участники уголовного процесса, ходатайство, стороны, жалоба, предусмотренными пп. 17, 18, 25, 33, 45, 55 ст. 7 УПК.

;