Недостатки нормотворческой деятельности в сфере регулирования уголовно-правовых отношений (Рахметов Саттар Муканович, д.ю.н., профессор, гл. научный сотрудник Института законодательства и правовой информации Министерства юстиции Республики Казахстан)

11.11.2023

Недостатки нормотворческой деятельности в сфере регулирования уголовно-правовых отношений

Рахметов Саттар Муканович, д.ю.н., профессор, гл. научный сотрудник

Института законодательства и правовой информации

Министерства юстиции Республики Казахстан

Общественные отношения складываются в результате многочисленных повторяющихся, сознательных, волевых действий субъектов права, которые регулируются нормами права. Правовое регулирование как целенаправленная юридическая деятельность сопровождает всю историю существования права в обществе [1, с. 3-4]. Правовое регулирование осуществляется с помощью правотворческой деятельности государства.

Правотворчество подразделяется на законотворчество и подзаконное нормотворчество. Наиболее важным видом правотворчества является законотворчество. С помощью законотворческой деятельностью государство регулирует наиболее важные сферы общественных отношений.

В Послании Главы государства Касым-Жомарта Токаева народу Казахстана от 1 сентября 2020 года «Казахстан в новой реальности: время действий» сказано: «Следует также пересмотреть вопросы нормотворчества.

Во время карантина неповоротливость правовой системы породила эффект «узкого горлышка». Пришлось ввести режим ЧП и принять так называемый «чрезвычайный Указ».

Но такие меры не могут быть системным ответом на кризисные ситуации.

Основная проблема кроется в излишней законодательной регламентации деятельности исполнительной власти.

Мы требуем с министров и акимов, но их полномочия ограничены детализированными нормами законов и постановлений.

Это тормозит работу не только госаппарата, но и загружает Парламент. Его Палаты вынуждены рассматривать детализированные нормы, которые могли бы стать компетенцией исполнительных органов.

В быстро меняющемся мире низкая скорость принятия решений становится угрозой национальной безопасности.

Поэтому в рамках Концепции правовой политики, путем изменения законодательства следует обеспечить баланс между уровнями правовой регламентации» [2].

Общественные отношения складываются в результате многочисленных повторяющихся, сознательных, волевых действий субъектов права. Они регулируются разными отраслями права. Не является исключением уголовное право, которое регулирует общественные отношения, возникающие в основном между государством и лицом в связи с совершением им уголовного правонарушения.

В теории уголовного права принято считать, что уголовно-правовые отношения делятся на охранительные, регулятивные или обще-предупредительные. Охранительные отношения должны обеспечивать защиту основных ценностей, благ, перечисленных в ст. 2 Уголовного кодекса Республики Казахстан (далее - УК): прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, собственности, прав и законных интересов организаций, общественного порядка и безопасности, окружающей среды, конституционного строя и территориальной целостности Республики Казахстан, охраняемых законом интересов общества и государства от общественно опасных посягательств, мира и безопасности человечества, а также обеспечить меры по предупреждению уголовных правонарушений. Регулятивные общественные отношения тесно связаны с охранительными. Они регулируют определенные уголовно-правовые вопросы, обеспечивая правильное применение уголовного законодательства. Например, определяют понятие и признаки уголовных правонарушений, систему и виды наказаний, порядок их применения и т.п. Правильно отмечает А.Н. Игнатов, что «правовое регулирование уголовным правом осуществляется путем установления уголовно-правовых запретов и предписаний, наказаний за их нарушение, оснований привлечения к уголовной ответственности лиц, совершивших уголовные правонарушения, определения характера и степени их ответственности судом и назначения им справедливого наказания. Именно поэтому предметом уголовного права следует считать деяния, признаваемые преступными, а также наказание, предусмотренное за совершение таких деяний» [3, с. 3]. Профессор А.В. Наумов указывает, что «уголовный запрет налагает на граждан обязанность воздерживаться от совершения преступления, и потому призван регулировать поведение людей в обществе» [4, с. 7].

Регулировать — значит упорядочивать что-либо, воздействовать на определенный объект таким образом, чтобы ввести его в определенные рамки. Правовое регулирование влечет за собой создание определенных рамок должного и возможного поведения субъектов права. Л. С. Явич исходит из того, что специфика правового регулирования состоит в наделении субъектов регулируемых отношений правами и в установлении юридических обязанностей [5,с.19]. Регулирование уголовно-правовых отношений играет важную роль в жизни общества, так как от правильного их регулирования зависит состояние преступности, а от состояния преступности зависит качество жизни человека, живущего в обществе.

Обще-предупредительные общественные отношения направлены на профилактику уголовных правонарушений уголовно-правовыми мерами. Это вытекает из содержания части 2 ст. 39 УК, где говорится, что «наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения новых уголовных правонарушений как осужденным, так и другими лицами». Две из четырех целей наказания, указанных в данной статье, относятся к предупреждению уголовных правонарушений. Поэтому являются неправильными высказывания о том, что уголовный закон, его применение играют только репрессивную роль. Нельзя забывать, что в эти меры заложен большой профилактический потенциал. Особенно важно применение репрессивных мер в отношении лиц образованных, которые осознанно совершают коррупционные преступления и уголовные правонарушения в сфере экономической деятельности. Они хорошо понимают о риске, на который идут, совершая указанные уголовные правонарушения, но желание незаконно обогатиться, нажить преступный капитал берет верх над страхом быть наказанным. В этой связи следует согласиться с мнением Э.Л. Сидоренко о том, что влияние уголовно-правовых норм на поведение субъектов правоотношений не ограничивается нормативно-организационным воздействием, а предполагает использование превентивных, восстановительных, воспитательных, информационных возможностей уголовно-правовых предписаний [6,с.26]. Также заслуживает поддержки мнение известного ученого, профессора П.Яни, который считает репрессию наиболее эффективным средством борьбы с коррупцией. Свой вывод указанный автор обосновывает результатами проведенного им опроса нескольких сотен следователей, прокуроров и судей, слабой развитостью гражданского общества, отсутствием института, равного по своей силе власти и капиталу. Поэтому П.Яни приходит к выводу о том, что «в репрессии как преимущественном средстве борьбы с коррупцией существует объективная необходимость» [7, с.45]. В качестве примера можно привести такие США, Италию, Грузию, где применение в первую очередь репрессивных мер способствовало резкому сокращению уровня коррупции. В мировом рейтинге стран по уровню восприятия коррупции указанные страны находятся намного выше нашей страны.

В качестве оснований для признания наиболее эффективным средством борьбы с коррупцией репрессивные меры следует отметить также особую способность коррупционеров уходить от ответственности и заслуженного наказания. Например, во времена, когда уголовным законодательством допускалось применение к лицам, совершившим коррупционные преступления, условного осуждения, суды назначали в отношении более 60% осужденных за эти преступления условное осуждение. После установления запрета на применение условного осуждения для коррупционеров появилась в уголовном законодательстве еще одна возможность избежать наказания в виде лишения свободы - кратный штраф, который стал применяться в отношении большинства осужденных за коррупционные преступления. Например, в 2021 году наказание в виде штрафа было назначено в отношении 63,7% осужденных за получение взятки, в 2022 году - в отношении 66,7% осужденных за получение взятки [29].

В настоящее время готовится еще одна мера, которая избавит коррупционеров от наказания в виде штрафа - наказание в виде высылки. Этой мерой наказания предлагается дополнить систему наказаний и санкции ряда статей Особенной части УК, в которых предусмотрена ответственность за уголовные правонарушения в сфере экономической деятельности и коррупционные преступления (в настоящее время в Мажилисе Парламента обсуждается законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам оптимизации Уголовного, Уголовно-процессуального и Уголовно-исполнительного кодексов»). Нет сомнения, что в случае дополнения УК указанным новым видом наказания оно будет назначаться судами преимущественно несмотря на наличие других альтернативных видов наказания, так как для коррупционеров и лиц, занимающихся теневой экономикой, применение такой мягкой меры наказания окажется чисто символическим - переехать и временно пожить в той местности, которая будет указана в приговоре. Это наказание будет использоваться для избежания коррупционерами такого более строгого наказания, как кратный штраф.

Для того, чтобы уголовно-правовое регулирование было эффективным, важна сбалансированность карательных, восстановительных и превентивных средств уголовно-правового регулирования [8]. Карательные средства уголовного законодательства должны применяться в отношении лиц, для которых применение иных средств окажется малоэффективным, порою бесполезным. Здесь должны учитываться личность преступника, длительность совершения уголовного правонарушения и другие обстоятельства.

Восстановительные свойства наказания должны быть направлены на то, чтобы убедить лицо, совершившее уголовное правонарушение, возместить причиненный ущерб. К сожалению, в нашей стране указанное свойство наказания работает слабо. Большинство осужденных считает, что им назначено наказание, которое вынуждены отбыть, а возмещение причиненного ущерба для них не является обязательным. Поэтому во многих случаях приговор суда в части возмещения причиненного ущерба остается не исполненным. От этого страдают сотни тысяч признанных потерпевшими физических и юридических лиц, которым причиняется моральный, физический, имущественный ущерб. Ведь для них важнее не назначенное осужденному наказание, а реальное возмещение причиненного им ущерба.

Даже такое сравнительно мягкое наказание, как кратный штраф, назначаемый за коррупционные преступления, плохо исполняется, так как коррупционеры не торопятся расставаться в накопленным преступным путем имуществом, ищут и нередко находят лазейки для неуплаты назначенной судом суммы штрафа. А лазейки есть.

В редких случаях имеет место своевременная уплата назначенного судом штрафа в полном объеме или возмещение причиненного ущерба. В качестве примеров можно привести осужденного за взяточничество Оспанова М., который был осужден за получение взятки и выплатил штраф, назначенный ему судом, в сумме 1,1 млрд тенге [9], а также осужденного Боранбаева К., который передал в бюджет государства имущество и денежные средства на сотни млрд тенге[10].

Уголовно-правовые отношения имеют свою специфику. Она проявляется в законотворческом процессе в сфере регулирования указанных правоотношений. Уголовное законодательство, которое регулирует уголовно-правовые отношения, существенно отличается от других законодательных актов не только особым предметом правового регулирования, но рядом специальных признаков. Специфика уголовного закона закладывается на этапе его создания [12,с.125-133]. Специфичным методом правового регулирования уголовно-правовых отношений является установление запрета совершать предусмотренные законом деяния под угрозой уголовного наказания…, только в уголовном праве способ реагирования на юридические факты в виде совершения преступления заключается в установлении уголовных запретов их совершения. Метод запрета является наиболее распространенным методом в рамках уголовного права [13,с.37].

Эффективность уголовно-правовых мер противодействия уголовным правонарушениям зависит от многих факторов, в том числе от состояния уголовного законодательства. Уголовное право посредством установления обязанности не совершать преступление регламентирует поведение неопределенного круга лиц [6,с. 26]. Но если в уголовном законе имеются недостатки, они будут препятствовать выполнению задач уголовного законодательства, перечисленных в ст. 2 УК.

На имеющиеся недостатки и необходимость поведения ревизии уголовного и уголовно-процессуального кодексов обратил внимание Президент Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев в своем послании народу Казахстана от 1 сентября 2022 года «Справедливое государство. Единая нация. Благополучное общество» [11]. Это обязывает совершенствовать законотворческий процесс, в том числе в сфере регулирования уголовно-правовых отношений. Недостатки уголовного законодательства, а также недостатки практики его применения влияют на судьбы людей, вовлеченных в уголовный процесс, особенно лиц, привлекаемых к уголовной ответственности и потерпевших от уголовных правонарушений.

Качество уголовного закона и его эффективность непосредственно зависят от качества законотворческой деятельности. В Концепции правовой политики Республики Казахстан до 2030 года отмечено: «На сегодняшний день первостепенное значение придается нормотворчеству как основному средству достижения целей проводимой политики в той или иной сфере» [8]. К сожалению, эта деятельность в нашей стране не лишена недостатков. В частности:

- законы, регулирующие уголовно-правовые отношения, принимаются без достаточного криминологического обоснования. Поэтому после принятия закона приходится вносить изменения и дополнения, то есть исправлять ошибки;

- иногда изменения и дополнения в нормы УК вносятся без учета ценности объекта посягательства;

- ошибки в законотворческой деятельности в сфере регулирований уголовно-правовых отношений в основном связаны с игнорированием важности принципов уголовного права, неправильным пониманием оснований и правил криминализации и декриминализации деяний;

- в законотворческой деятельности порою нарушается законодательная техника;

- имеют место случаи внесения изменений и дополнений в УК, направленных на смягчение ответственности и наказания за такие опасные преступления, как коррупционные;

- часто вносимые изменения и дополнения приводит к нестабильности уголовного законодательства;

- законотворческая деятельность в сфере уголовно-правовых отношении должна базироваться на объективных статистических данных, правдиво отражающих реальное состояние преступности, а не на данных, достоверность которых вызывает сомнения;

- при обсуждении законопроектов в Мажилисе не принимаются предложения участников обсуждения, в том числе ученых, обсуждаются только предложения, поступившие от имени депутатов;

- в законотворческой деятельности недостаточно используются результаты научных исследований.

Как указывалось выше, вторым видом нормотворчества в сфере уголовно-правовых отношений является деятельность по принятию иных правовых актов, например, нормативных постановлений Верховного Суда Республики Казахстан. Анализ нормативных постановлений Верховного Суда Республики Казахстан свидетельствует о наличии недостатков в их содержаний, что препятствует обеспечению единообразия судебной практики. Например, в них отсутствуют разъяснения по целому ряду сложных, спорных вопросов уголовного права. В частности, отсутствуют разъяснения по практике применения норм УК об ответственности за рейдерство, создание и руководство финансовой (инвестиционной) пирамидой, экономическую контрабанду и другие уголовные правонарушения. В целом они охватывают лишь небольшую часть вопросов Общей и Особенной частей уголовного права. Анализ содержания действующих нормативных постановлений Верховного Суда Республики Казахстан свидетельствует о том, что они охватывают лишь небольшую часть (примерно одну из шести вопросов уголовного права). Задачей нормотворческого процесса, а также науки уголовного права является устранение отмеченных недостатков. От устранения перечисленных недостатков в нормотворческой деятельности зависит качество законов в сфере противодействия уголовным правонарушениям, их эффективность, а также эффективность правоприменительной деятельности.

Одним из недостатков законотворческой деятельности является подготовка законопроектов, регулирующих уголовно-правовые отношения, без криминологического обоснования. Это связано с тем, что в настоящее время не проводится криминологическая экспертиза законопроектов, так как в «Правилах организации и проведения научной экспертизы, а также отбора научных правовых экспертов», утвержденных постановлением Правительства Республики Казахстан от 8 июня 2021 года № 386, не устанавливается необходимость проведения криминологической экспертизы [14].

Указанный выше недостаток в законотворческом процессе связан с неправильным установлением пределов правового регулирования, оснований признания деяния общественно опасным и наоборот, непризнания его таковым. Например, в УК 1997 года была статья 198, которая предусматривала ответственность за заведомо ложную рекламу. В процессе разработки действующего с 2014 года УК это деяние было декриминализировано и до 2019 года такой статьи в УК не было. Законом Республики Казахстан от 27 декабря 2019 года УК был дополнен ст. 299-1, предусматривающей ответственность за пропаганду или незаконную рекламу наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, прекурсоров. Законом Республики Казахстан от 12 июля 2022 года УК был дополнен ст. 217-1, предусматривающей ответственность за рекламу финансовой (инвестиционной) пирамиды. Дополнение УК двумя новыми статьями свидетельствует о необоснованной декриминализации в 2014 году статьи УК об ответственности за заведомо ложную рекламу. Ели бы это не произошло, не пришлось бы дополнять УК двумя новыми статьями. Из этого вытекает вывод о том, что общественная опасность заведомо ложной рекламы была недооценена и ее не следовало декриминализировать.

В качестве примеров неправильной криминализации и декриминализации можно сослаться еще на следующие нормы УК. По ст. 131 УК предусмотрена ответственность за оскорбление, которое посягает на честь и достоинство личности. В то же время не признается уголовным правонарушением умышленное причинение легкого вреда здоровью, повлекшее кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших причинение легкого вреда здоровью (статьи 108 и 109 УК, предусматривавшие ответственность за указанные уголовные правонарушения, исключены из УК Законом от 2 июля 2017 года), хотя эти правонарушения более опасны, чем оскорбление.

Указанные правонарушения в основном совершались в семейно-бытовой сфере. Уже в следующем 2018 году после исключения их УК статей 108 и 109 произошел рост числа указанных уголовных правонарушений в два с лишним раза и такой уровень сохраняется до настоящего времени [17]. Специалисты в области уголовного права правильно признают клевету более опасным деянием, чем оскорбление. Несмотря на это клевета была декриминализирована Законом Республики Казахстан от 26 июня 2020 года, а уголовная ответственность за менее опасное деяние - оскорбление сохраняется. Подобные ошибки связаны с тем, что в законотворческом процессе не были использованы правилами криминализации и декриминализации деяний, выработанные теорией уголовного права.

В качестве примера неправильной депенализации (смягчения наказания) можно привести экономическую контрабанду, за совершение которой по части 1 ст. 234 УК (экономическая контрабанда) первоначально в момент принятия УК 2014 года было предусмотрено наказание в виде ареста на срок до девяноста суток. После внесенных Законом Республики Казахстан от 26 декабря 2017 года «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам таможенного регулирования» срок наказания в виде ареста снижен до сорока пяти суток. Законом Республики Казахстан от 12 июля 2018 года № 180 «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам совершенствования уголовного, уголовно-процессуального законодательства и деятельности правоохранительных и специальных государственных органов» срок наказания в виде ареста за указанное преступления снижен до двадцати суток, хотя в соответствии с частью 2 ст. 41 УК арест назначается на срок в пределах пятидесяти суток.

Не понятно, почему это опасное преступление, ежегодно причиняющее бюджету нашего государства многомиллиардный ущерб, до сих пор остается в числе безобидных уголовных проступков. Да еще наказание неоднократно смягчалось за это уголовное правонарушение. С учетом того, что порог наступления ответственности по стоимости перемещенных товаров установлен в сумме, превышающем десять тысяч месячных расчетных показателей (далее-МРП) (более 34 млн 500 тыс. тенге), пора это уголовное правонарушение переводить в разряд преступлений с усилением наказания.

Иногда происходит и обратный процесс - пенализация (необоснованное усиление наказания). В качестве примера можно назвать ст. 147 УК, предусматривающую ответственность за нарушение неприкосновенности частной жизни и законодательства Республики Казахстан о персональных данных и их защите. Первоначально эта статья предусматривала по части 3 максимально строгое наказание в виде лишения свободы на срок от 2 до 5 лет. В настоящее время после внесенных в ее редакцию изменений и дополнений в санкции части 5 предусмотрено наказание лишения свободы на срок от трех до семи лет. Здесь также не понятно, из каких соображений законодатель неоднократно принимает решение об усилении наказания за данное преступление, которое посягает на менее важный объект (неприкосновенность частной жизни и персональные данные), и в то же время неоднократно смягчает ответственность за экономическую контрабанду, которая подрывает экономическую мощь нашего государства. Следует отметить, в соответствии с ч. 1 ст. 64 УК Уголовного Кодекса Казахской ССР от 22 июля 1959 года, который действовал на территории Республики Казахстан с 1 января 1998 года до 1 января 1998 года, за контрабанду было предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от двух до пяти лет с конфискацией имущества, а по части 2 указанной статьи - лишение свободы на срок от трех до десяти лет с конфискацией имущества. Порог наступления ответственности по части 1 был установлен в сумме, превышающем сто МРП, по части 2 - в сумме, превышающем пятьсот МРП. Контрабанда относилась к иным государственным преступлениям. Следует отметить, что указанные нормы ст. 64 УК 1959 года соответствовали признакам экономической контрабанды (ст. 234 действующего УК).

Приведенные примеры показывают, что процессы криминализации и декриминализации, пенализации и депенализации некоторых деяний происходит без учета ценности охраняемых объектов, иногда в интересах определенных (малочисленных) слоев общества или отдельных правоприменительных органов. На это обратил внимание Президент нашей страны в своем послании народу Казахстана «Справедливое государство. Единая нация. Благополучное общество» от 1 сентября 2022 года: «Недопустимо, чтобы законы менялись в угоду сиюминутной конъюнктуре или узким корпоративным интересам» [11].

Как было указано выше, ошибки в законотворческой деятельности связаны с незнанием, игнорированием правил криминализации или декриминализации деяний, выработанных теорией уголовного права. Профессор М. А. Кауфман отмечает, например, что непризнание преступными посягательств, имеющих общественно опасный характер и нуждающихся в уголовно-правовом регулировании, наносит серьезный ущерб, приводит к безнаказанности лиц, их совершивших, подрывает авторитет власти и закона. Избыточная криминализация при этом искажает смысл и содержание уголовной политики [16, с. 92-101].

По мнению Лон Фуллера, если законодатель хочет, чтобы люди следовали закону, он должен быть предсказуемым. Для этого закон должен соответствовать определенным основным критериям, описывающим систему, согласно которой люди управляются установленными законами, а не произволом тех, кто находится у власти. Эти критерии сформулированы в виде восьми «канонов»: законы должны носить общий характер; они должны быть обнародованы; законы, как правило, должны быть перспективными, а не ретроактивными, то есть не иметь обратной силы; законы должны быть ясными; не должны требовать выполнения противоречивых действий и сами не должны быть противоречивыми; не должны требовать действий, которые невозможно выполнить; должны оставаться относительно постоянными в течение долгого времени; должно быть соответствие между правотворчеством и правоприменением [18,с.10]. Для избежания указанных выше недостатков в законотворческом процессе при подготовке законопроекта, регулирующего уголовно-правовые вопросы, важно проведение криминологической экспертизы, которая способствовала бы избежать ошибки.

В законотворческой деятельности в сфере регулирований уголовно-правовых отношений не всегда соблюдаются принципы уголовного права. Часто имеет место нарушение принципа справедливости, гуманизма в отношении потерпевших от совершения уголовных правонарушений. В настоящее время принцип гуманизма в основном применяется однобоко, для смягчения ответственности и наказания лицам, совершившим уголовные правонарушения. Принцип гуманизации имеет и другую сторону - усиление ответственности и наказания за преступления, представляющие большую общественную опасность. Эта сторона гуманизма направлена на обеспечение безопасности граждан, достижение социальной справедливости, которое указано ст. 39 УК в качестве одной из целей наказания. Но о ней мало кто вспоминает.

Особенно часто нарушаются принципы уголовного права в правоприменительной деятельности. Например, игнорирование принципа неотвратимости ответственности и наказания мы видим по статистическим данным. В Казахстане ежегодно прекращаются огромное количество уголовных дел, их количество гораздо больше (в два с лишним раза), чем количество уголовных дел, направляемых в суд. Например, в 2020 году было зарегистрировано 162783 уголовных правонарушения, прекращены уголовные дела по 116640 уголовным правонарушениям, направлено в суд уголовные дела по 55118 уголовным правонарушениям [19]. В 2021 году было зарегистрировано 157884 уголовных правонарушения, прекращены уголовные дела по 103103 уголовным правонарушениям, направлено в суд уголовные дела по 49107 уголовным правонарушениям [20]. В 2022 году было зарегистрировано 157473 уголовных правонарушения, прекращены уголовные дела по 96989 уголовным правонарушениям, направлено в суд уголовные дела по 48683 уголовным правонарушениям [21].

Такое массовое прекращение уголовных дел в стадиях досудебного расследования и в суде приводит к повышению коррупционных рисков в указанных сферах. Ведь не секрет, что лицо, в отношении которого прекращается уголовное преследование, обычно готов заплатить за это немалые деньги. При такой извращенной правоприменительной практике вряд ли можно добиться улучшения криминогенной обстановки в стране. Не случайно сотрудники МВД по числу совершенных коррупционных преступлений ежегодно занимают «почетное» второе место. О недостаточной эффективности деятельности органов МВД в нашей стране можно судить по проценту раскрываемости уголовных правонарушений. Например, в 2020 году было выявлено 76459 лиц [19], совершивших уголовные правонарушения, что составляет лишь 46,9% от числа зарегистрированных уголовных правонарушений. В 2021 году было выявлено 64110 лиц [20], совершивших уголовные правонарушения, что составляет лишь 40,6% от числа зарегистрированных уголовных правонарушений. В 2022 году было выявлено 61583 лиц [21], совершивших уголовные правонарушения, что составляет лишь 39,1% от числа зарегистрированных уголовных правонарушений. Из приведенных данных видно, что раскрываемость уголовных правонарушений с каждым годом снижается, больше половины регистрируемых уголовных правонарушений остаются не раскрытыми, по большинству из них уголовное преследование прерывается, потом прекращается. Все это негативно влияет на состояние преступности. Поэтому Казахстан в текущем году в рейтинге стран по индексу преступности Казахстан занял 48-е место из 142 [22]. То есть наша страна не относится к числу стран с низким уровнем преступности.

Нарушение принципов уголовного права имеет место в законотворческой деятельности. В частности, при установлении ответственности за те или иные деяния, при построении санкции норм Особенной части УК. Например, не справедливо предусматривать ответственность за деяния, которые не представляют большой общественной опасности, если в результате их совершения не наступают и не могут наступить серьезные негативные последствия. В качестве примера можно назвать ст. 201 УК, предусматривающую ответственность за незаконное проникновение на чужой земельный участок, повлекшее причинение существенного вреда правам или охраняемым законом интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства, совершенное с применением насилия либо с угрозой его применения или группой лиц или сопровождавшееся незаконным обыском. Эти действия совершаются исключительно редко. В Республике Казахстан 2021 году было зарегистрировано 5 случаев [19], в 2022 году не было зарегистрировано ни одного случая совершения данного преступления [20]. Тем более за применение насилия или угрозу применения насилия предусмотрена ответственность по другим статьям УК, а незаконный обыск может рассматриваться как злоупотребление служебными полномочиями или превышение власти.

Почему бы не предусмотреть в указанной статье УК ответственность за незаконное распределение земельных участков. Ведь это деяние насколько распространено в нашей стране, что вот уже несколько лет выявляется огромное количество случаев незаконного распределения земельных участков по размерам в миллионы гектаров, их изъятие и возврат в собственность государства продолжается до сих пор. Лиц, виновных в таком массовом незаконном распределении земельных участков, не привлекают к уголовной ответственности за должностные злоупотребления. Если их трудно привлечь за должностные преступления, следует предусмотреть ответственность за незаконное распоряжение земельными участками. От этих незаконных действий страдали и до сих пор страдают добросовестные сельхозпроизводители, сельское население, которое было лишено пастбищ для своего скота, что привело к снижению уровня их жизни сельского населения.

Принципы уголовного права часто нарушаются в законотворческом процессе при конструировании санкции норм Особенной части УК. В Концепции правовой политики Республики Казахстан до 2030 года указано: «При формировании санкций уголовно-правовых норм должен неукоснительно соблюдаться принцип их соразмерности степени общественной опасности и характеру правонарушения» [8]. Это требование нарушено в санкциях многих норм Особенной части УК.

В качестве примера можно привести ст. 345-1 УК, которой дополнен УК Законом Республики Казахстан от 27 декабря 2019 года. Эта статья предусматривает ответственность за нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами в состоянии алкогольного, наркотического и (или) токсикоманического опьянения. Деяние, за совершение которого предусмотрена ответственность в этой статье УК относится к числу умышленных, потому что управление транспортным средством лицом, лишенным права управления транспортными средствами и находящимся в состоянии алкогольного, наркотического и (или) токсикоманического опьянения, либо передача такому лицу управления транспортным средством, а равно допуск такого лица к управлению транспортным средством, совершенный должностным лицом или собственником либо владельцем транспортного средства без наступления каких-либо общественно опасных последствий влечет ответственность по ст. 346 УК. Несмотря на неосторожное отношение виновного к общественно опасным последствиям своего деяния деяние, ответственность за которое предусмотрена в ст. 345-1 УК, относится к уголовным правонарушениям с двойной формой вины, в целом на основании ст. 22 УК рассматриваемое преступление признается умышленным. Поэтому не понятно, почему за совершение этого преступления в случае причинения виновным смерти двум или более лицам (ч. 4 ст. 345-1 УК) предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет, а не больше. Виновный за совершение умышленного преступления с последствием в виде смерти двух или более лиц заслуживает более строго наказания, чем лицо, совершившее неосторожное преступление с теми же последствиями. Максимальный срок наказания в виде лишения свободы в санкции части 4 ст. 345-1 одинаков с санкцией ч.4 ст. 345 УК, по которой предусмотрена ответственность за неосторожное преступление.

При сравнении санкции ст. 345-1 УК, предусматривающей ответственность за нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами в состоянии алкогольного, наркотического и (или) токсикоманического опьянения и ст. 346 УК, предусматривающей ответственность за управление транспортным средством лицом, лишенным права управления транспортными средствами и находящимся в состоянии алкогольного, наркотического и (или) токсикоманического опьянения, а равно передача управления транспортным средством такому лицу или допуск к управлению транспортным средством такого лица при наступлений одних и тех же последствий предусмотрены разные наказания. Например, по части 2 ст. 345-1 УК при причинении по неосторожности потерпевшему тяжкого вреда предусмотрены наказания в виде штрафа в размере до трех тысяч МРП либо исправительных работ в том же размере, либо привлечения к общественным работам на срок до одной тысячи двухсот часов, либо ограничения свободы на срок до трех лет, либо лишения свободы на тот же срок, с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью сроком на десять лет. По части 4 ст. 346 УК при наступлений тех же последствии предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от шести до восьми лет с пожизненным лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Преступления, ответственность за которые установлена в указанных выше статьях УК, по характеру общественной опасности примерно одинаковые, оба относятся к умышленным, но наказания за их совершение установлены разного вида и пределов.

Санкции нередко конструируются без учета ценности объекта посягательства. Примеры чрезмерно мягких и слишком строгих санкции приводились выше.

Для того, чтобы не нарушались принципы уголовного права, необходимо эти принципы включить в текст УК. В действующем УК об этих принципах не упоминается, понятие «принцип уголовного права» вовсе отсутствует. Это противоречит Концепции правовой политики Республики Казахстан до 2030 года, раздел 3 которой посвящен принципам права, а также ст. 14-3 Закона Республики Казахстан от 6 апреля 2016 года «О правовых актах», где записано, что «закон должен устанавливать принципы, на основе которых им осуществляется регулирование конкретных общественных отношений» [23].